2023
В объятиях Вакханки
описание проекта
В древнегреческой мифологии Вакханками называли страстных, неистовых женщин, участниц вакханалий. Их также звали Менадами, жрицами бога Диониса, или Вакха. Дионисийские мистерии представляли собой один из способов познания мира — экстатического: через безудержное веселье, дикие пляски в горах. Объятия бесстыдной дикарки из древней мистерии обещали непосредственное переживание мистического экстаза, граничащего с безумием.
Неистовый танец погружал в бессознательную «дионисийскую» стихию, приводил в экстаз, выводил за пределы собственного Я.
В работах новой серии вакхическая мистерия изображена в образах слитых между собой чувственных тел, не поддающихся идентификации, как невозможна индивидуация в безумном слиянии, своеобразное смешение которых запускает чистое неоформленное и беспокойное начало, дремлющее в глубине человеческой души.
Прямой, непосредственный выход бессознательного, той части, что скрывается и подавляется под натиском цивилизации и культуры. Сексуальность в виде необузданного Эроса и желания поглотить другого. Вакханка призывает к танцу, и в безумных объятиях, в порыве страсти желает разрушать, даруя тем самым свободу.
Образ тела Вакханки представлен как текущая субстанция, поток воды. Оно демонстрирует зрителю податливое, но мощное движение к наслаждению. Тело-река также представляет собой метафору потока мыслей и воображения, не имеющих начала и перетекающих друг в друга, образующих причудливые формы. Это и метафора течения жизни человека — река, русло которой имеет собственный неповторимый рисунок. Водная стихия устремлена к океану, чтобы в итоге раствориться в нем.
На некоторых работах похожие на жемчужины круглые объекты составляют композиционную доминанту. Их абстрактный характер вступает в резкий контраст с общей стилистикой изображения. Словно выпав из происходящего на холсте, они демонстрируют невыносимую избыточность вакхического танца. Жемчужины являются символом достижения экстаза, драгоценностью, несущей знание, приобретённое, но недоступное.
Орнамент на работах, напоминающий огненные языки пламени, как вуаль покрывает поверхности картин и указывает на страстный характер танца, огонь, который испепеляет или возрождает к жизни.
Неистовый танец погружал в бессознательную «дионисийскую» стихию, приводил в экстаз, выводил за пределы собственного Я.
В работах новой серии вакхическая мистерия изображена в образах слитых между собой чувственных тел, не поддающихся идентификации, как невозможна индивидуация в безумном слиянии, своеобразное смешение которых запускает чистое неоформленное и беспокойное начало, дремлющее в глубине человеческой души.
Прямой, непосредственный выход бессознательного, той части, что скрывается и подавляется под натиском цивилизации и культуры. Сексуальность в виде необузданного Эроса и желания поглотить другого. Вакханка призывает к танцу, и в безумных объятиях, в порыве страсти желает разрушать, даруя тем самым свободу.
Образ тела Вакханки представлен как текущая субстанция, поток воды. Оно демонстрирует зрителю податливое, но мощное движение к наслаждению. Тело-река также представляет собой метафору потока мыслей и воображения, не имеющих начала и перетекающих друг в друга, образующих причудливые формы. Это и метафора течения жизни человека — река, русло которой имеет собственный неповторимый рисунок. Водная стихия устремлена к океану, чтобы в итоге раствориться в нем.
На некоторых работах похожие на жемчужины круглые объекты составляют композиционную доминанту. Их абстрактный характер вступает в резкий контраст с общей стилистикой изображения. Словно выпав из происходящего на холсте, они демонстрируют невыносимую избыточность вакхического танца. Жемчужины являются символом достижения экстаза, драгоценностью, несущей знание, приобретённое, но недоступное.
Орнамент на работах, напоминающий огненные языки пламени, как вуаль покрывает поверхности картин и указывает на страстный характер танца, огонь, который испепеляет или возрождает к жизни.